Резиновое изделие многоразового использования

Чырбак-ооловича трудно сравнивать с «Шаттлом» – американским космическим кораблём многоразового использования. Да и по правде говоря, много чести. Но вот с незаменимым когда-то и, кстати, чуть ли не единственно эффективным противозачаточным средством, известным ещё с советских времён под серийным наименованием «резиновое изделие №2», сравнить легко. И сравнение это в самую точку.

Ладно, ладно, вполне понятно, что человеку, которого путают с этим интимным изделием, трудно пережить подобное сравнение, не обидевшись. Ну-ка, а вы подумайте, если это сравнение относится не к кому-нибудь из простых смертных, а к целому государственному служащему в ранге тувинского министра? Да ему не просто, а прямо-таки смертельно обидно! О, даже поставила восклицательный знак – вот как обидно!

Ну, вообще-то, это вы, нормальные люди, так думаете, что сравнение с презервативом обидное, а Чырбак-оолович нисколечко не обижается. На протяжении почти 7 лет к нему прямо чуть ли не в глаза обращаются не по имени-отчеству, а вот так как-то запросто – Презик. Вместо длинного слова презерватив молодёжь употребляет короткое – презик. Нет, Чырбак-оолович не обижается, а иногда даже и откликается. На «резинку» тоже откликается. Правда, есть ещё одно слово, но я так и не могу его вспомнить. Короче, слово как бы итальянское, этим словом в Венеции называют лодку – туристы вместо пешком по улицам романтично проплывают между архитектурными и историческими достопримечательностями... А, вспомнила про лодку, на гондоле любят туристы наслаждаться памятниками искусства!

Синонимический ряд советского резинового изделия можно, конечно, продолжить, но лучше ближе к делу. За юридическим министром длинное название не закрепилось, а вот некоторые весельчаки иногда презрительно бросают вслед его согнутой спине «гляди, резинка идёт», иной раз назовут его «презиком», а чаще всё-таки называют его этим итальянским словом, фу ты, как его... В общем, не лодкой-гондолой, а... Ладно, даже не все русские, наверное, знают это слово, а мне тем более простительно, так что для краткости, а главное – для ясности будем называть этого юридического министра не Чырбак-ооловичем, а Презиком.

Знаете, в тувинском правительстве, как я уверена, не то чтобы не очень, а совсем не чтят законы, ну не понимают там, зачем им нужны какие-то российские законы? Но целое юридическое министерство юстиции имеется, и работает оно только на выборах. Надо признать, работают они на выборах просто, как лошади, пот мешками проливают, а Презик находится сугубо и только в авангарде, то есть в судах выбивает кандидатов оппозиционных партий. Ему, например, скажут, мол, так и так, Презик, вот эти ребята из оппозиционной партии могут на выборах победить наших кандидатов-педросятов, ты уж в суде этих оппозиционеров замочи. А что Презик – на то он и резиновое изделие, его натянут, как члена партии власти, он глаза навылупку и рад стараться!

Хотя, чёрт его знает, может, конечно, в этом есть и своя какая-то приятная выгода, когда натягивают-то. Во-первых, натягивают-то туго, Презику поневоле приходится подмахивать в такт властям. А, во-вторых, после одних таких выборов у него появился супер-пупер крутой джип, правда, ему не под стать, потому что сам из себя он невидный, хилый, сутулый и всегда в мокром поту от страха. Ну, страшно же, когда Карла требует мочить в судах оппозицию, а Презик боится, он уже и без указаний сверху обмочился от страха перед оппозицией. Мечется, бедный, меж двух огней. Знает, что Карла будет визжать, ножками сучить и слюной в лицо брызгать, если оппозиция победит. И в то же время знает, что ребята из оппозиции серьёзные, истерировать не будут, а выводы на будущее сделают.

В общем, сам по себе Презерватив не та величина, чтобы о нём тут много расписывать, его используют и выбрасывают, когда надо – достают и снова натягивают, делают с ним, что надо, а потом обратно выкидывают. Да тут вот есть такая закавыка: Карла без него – уже и не Карла, а кандидат в смертники. В смысле, если оппозиция на выборах в сентябре победит, то уже Старший Шеф самого Карлу натянет по самое не хочу. Натянет и отымеет по полной программе.

Может, кто и не догадывается, а я-то всегда знала и не скрывала, что Карла до ужаса смертного боится Старшего Шефа, а Презик боится Карлу, а сам Старший боится тувинскую оппозицию. Это пока ещё Старший считается большим человеком в военном ведомстве, а время придёт – куда ему идти, где прятаться от международного преследования? В Туву с Рублёвки, однако, переезжать придётся. Вот всё и замыкается на худом-больном Презике.

Он, думаю, рад был бы на время выборов умереть, да деваться некуда – предателям обратной дороги нет. Кого он предал, спрашиваете? Закон он предал. Самый главный Федеральный Закон под номером 79 от 27 июля 2004 года. Про государственного служащего в этом законе всё до мелочей сказано, что он может, что не может, как ему жить и под российским законом ходить. В статье 11-ой этого закона чёрным по белому: «Государственный служащий не вправе использовать своё служебное положение в интересах политических партий...». Да там много чего противопоказано государственному служащему, а тем более министру юстиции. Но есть Карла, а над Карлой Старший шеф, ну и так далее.

Вот и крутится худосочный Презик, вертится, по ночам от страха мочится, днём весь в поту защищает интересы педросов и в здание Верховного суда старается незаметно пролезть через задний проход. Впрочем, ему не привыкать. На то он и Чырбак-оолович по прозвищу резиновый, чтобы делать власть через задний проход суда.

Очень вредная тувинка